Veloufa.ru

4 года назад
Художественный отчет о спортивном велопоходе 3 категории сложности на Южном Урале (2012 год)

Время прохождения: 11 — 17 августа 2012 года

Участники похода:

  • Тимур Timmy (руководитель, штурман)
  • Таня Musсka (фотограф)
  • Рустам Smit (реммастер)
  • Тагир Frigat (летописец)

Нитка похода:

г. Сибай — вдп. Гадельша — хр. Ирендык (пер.) – оз. Талкас — пос. Темясово — хр. Уралтау (пер.) – пос. Старосубханкулово — пос. Верх. Авзян — хр. Шатак (траверс Бол. Шатак) — пос. Улу-Елга (выброска Тани) — г. Белорецк — пос. Николаевка — г. Большой Иремель (траверс ) — пос. Тюлюк — Олимпиев кордон — хр. Нургуш (траверс Бол. Нургуш) — оз. Зюраткуль — Шаров кордон — пос. Магнитский – пос. Бердяуш.

По горам на Север.

Седая голова планеты древней нашей,
Колонна, на которую оперся небосвод,
В тебе – источник рек, ты – каменная чаша,
Ты – великан, что облака пасет.
Горда твоя вершина, непреклонна,
Над нею только синева и тишь,
Твои столпы – крутых отрогов склоны.
Ты ни пред кем колен не преклонишь.
С гранитной кручи, с высоты надменной
Ты смотришь вниз, угрюмый исполин,
На жалкий мир, ничтожный, мелкий, бренный,
Таким порой он кажется с вершин.
Захочешь – в клочья изорвешь ты тучи
И как коня, стреножишь вихрь летучий…
И снова над вершиной непреклонной
Царят, как прежде, синева и тишь…
Твои столпы – крутых отрогов склоны,
Ты ни пред кем колен не преклонишь.
Но на уступах, в небо устремленных, –
Упрямый жгут протоптанной тропы,
И на челе, на глыбах раскаленных –
След человечьей маленькой стопы.

Лодонгийн Тудэв

Пролог.

Не знаю, что меня побуждает писать об этом походе спустя 8 месяцев после его окончания, когда, кажется, уже стали совсем забываться те впечатления и то настроение, которые сопровождали меня 7 сумасшедших дней. Вероятно, причина в том, что апрельский предпоходный ажиотаж вынудил меня обернуться в прошлое туристического опыта и еще раз осознать, что это было — отличное времяпрепровождение или настоящая проверка волевых качеств. А может и в том, что в первую ночь в палатке я внезапно был назначен летописцем. Мысли все чаще и чаще стали возвращаться к тем августовским велодням, сознание вновь стало переживать те моменты, которые приключились со мной тогда. Скорее всего, перед тем, как взяться за ручку и начать писать о походе 3 категории сложности, потребовалось значительное время для того, чтобы мозг и психическое здоровье пришли в себя, а также чтобы понять, чем является для меня это путешествие на Север.

Прорабатывая собственный маршрут, который, к сожалению, не суждено мне пройти на нынешние майские праздники, я довольно часто пересекался в Google Earth с нашим августовским маршрутом и всякий раз поражался, насколько же обширна (по моим меркам) была география того похода. И в памяти всплывали, казалось, забытые либо как каша перемешанные в голове эпизоды. По мере того, как я лучше вникал в карту Южного Урала, количество этих эпизодов росло, и ,в конце концов, они собрались в целостный паззл — из Сибая в Златоуст за 7 дней.

Началось, а вернее, продолжилось все с того, что после майского безумия мне просто не терпелось катнуть еще куда-нибудь. Я понимал, что для гостевых походов мне еще рановато, но для хорошего бодрого похода по родным краям я считал себя вполне готовым, поэтому чуть ли не из штанов выпрыгивал, когда наткнулся на тему о походе 3 к.с. О! Вот это то, чего мне не хватает для полного улета!

Итак, после некоторых обсуждений группа была утверждена покупкой билетов в Сибай. И я оказался среди участников! Ура!

Все начнется там, где когда-то все закончилось.

День 1. «Вкатка»

Тимур, Таня, Рустам и я в полночь загрузились в поезд Уфа — Сибай. Места, как и в прошлый раз, были в самом конце вагона, поэтому пришлось попотеть в душной атмосфере стесненного пространства. В 00-20 застучали колеса по железной дороге, отзываясь в душе приятными воспоминаниями и ожиданиями!

После непродолжительной беседы на отвлеченные темы все мы легли спать. В частности я благополучно проспал всю дорогу, и внезапно моему взору открылись золотистые степи Зауралья. А вот и Сибай. Вываливаемся наружу.

Под ярким палящим солнцем организовываем сборочный цех.

Через несколько минут привокзальная площадь опустела совсем, остались только мы.

В самом начале 500-километрового похода случилась первая неприятность, сыгравшая впоследствии значительную роль: перед самым стартом Таня не удержалась «вконтактах» и упала на левую коленку. Ну бывает, че.

Двинулись в путь.

Те же скромные кварталы в центре, те же промышленные джунгли на окраине. Вот возвышаются отвалы горной породы, поразившие меня своими масштабами еще в мае, а вот то самое озерцо бирюзового цвета у его подножия. Ничего не изменилось.

На карьер решили не заезжать ввиду ограниченного времени. Сегодня нам нужно перевалить Ирендык. Иске Сибай остался позади, а впереди знакомая зауральская степь с выженными полями, с видами на живописный холмистый рельеф. Грейдерная дорога ведет нас к хребту. Через пару часов сворачиваем на Гадельшу и едем, пока не доезжаем до указателя направо «Гадельша». Тимур, у которого GPS всегда был под рукой, предположил, что это, возможно, маркетинговый ход. Посему поехали прямо, пока не уперлись в забор Дома отдыха «Гадельша». Дальше шла феншуйная тропа в лесу вдоль забора, через несколько десятков метров пересекающаяся с каким-то руслом, составленным большими окатанными камнями. Сухими канями. Пару секунд спуспя до меня дошло, что это Худолаз. Некогда бурный ручеек стал не более, чем несколькими застоявшимися запрудами, заселенными змеями. Помнится, шум потока царил над поляной, лаская слух глубокой тихой ночью… А теперь ласкают слух только летучие насекомые. Интересно, что с самим водопадом? А ведь Тимур говорил, что Худолаз, скорее всего, пересох, а я не поверил.

Выехали мы на высушенную поляну, дальше поехали по грунтовке в хвойном лесу. По абсолютно сухой грунтовке. А в мае здесь было задорнее!

Где-то в этой сосновой рощице переклюк Рустама вдруг завертелся вокруг своей оси, благо Рустам вовремя остановился — сломанный переклюк застрял в спицах. Ну пипец, подумал я, и как это ремонтировать? Помог Рустаму докатить вел до поляны.

Когда я пошел показывать руководителю водопад, Рустам остался чинить велосипед, а Таня решила дать коленке передохнуть.

Шума водопада не было слышно вообще. Когда подошли к одному из каскадов, на меня нахлынуло чувство ушедшего восторга — не суждено мне увидать бурные потоки Гадельши… Меж скал струился лишь еле приметный ручеек, его поток был соизмерим с потоком воды из открытого крана в раковине.

Полазили немного по окрестным скальникам и спустились вниз. Кстати, один из каскадов был высотой полтора метра, остальные два — по 7 метров. В прошлый раз они мне казались метров по 10!

Перекусили ништяков и поехали дальше. К этому времени Рустам полностью отладил свой переклюк.

А Зауралье вновь радует глаз! Необычные оголенные холмы, выступающие кое-где скальники во всей красе, колыхающаяся степная трава… 

Альбом: Южный Урал 3кс

Через несколько километров по грунтовке мы выехали на грейдер, взяв курс на перевальный взлет. Набежали тучи, солнечный свет живописно пробивается сквозь них, расщепляясь на пучки лучей.

Альбом: Южный Урал 3кс

Дорога на перевал круто взяла вверх. Около 4-5 км подъема, и мы с Рустамом на отметке 858 метров.

Стало вечереть, нужно было успеть на Талкас.

После общего сбора и ходки на перевале, Тимур угнал вперед, мы с Таней ехали последними. Где-то после 2 км спуска вижу, как какой-то мужик стоит возле авто с открытым капотом и настойчиво просит Рустама остановиться. Тимур уже далеко внизу, а мы тут втроем остановились у неисправной машины. Этот местный, значит, на ломанном русском просит набрать на телефоне один номер. Ну и так все понятно, что тут еще говорить.

Рустам достает из рюкзака свою мобилу и звонит на продиктованный номер, пока мужик открывает двери машины и начинает там копошиться.

« – Держи трубку, я что ли буду разговаривать?» – слегка в недоумении спросил Рустам, а водила как будто не слышит и молча продолжает обыскивать салон автомобиля. Через некоторое время он вылазиет оттуда с дребезжащим в руке телефоном…

« – Во, нашел!».

Гениально.

В знак благодарности достает дыню приличных размеров и сует мне в руки. Я немного растерялся от такой щедрости и начал было отказываться, ссылаясь на отсутствие места в рюкзаке. Мужик, видимо, не может меня понять и указывает на доверху забитый городской заплечник. Товаресчи уговорили меня все же освободить заплечник, что я и сделал. Большая дыня кое-как уместилась в пустой рюкзачок, но своими выпуклыми формами болезненно давила на спину.

Внизу у подножия хребта все воссоединились вновь.

«Блин, тут все пьяные ездят…» (Рустам)

«Потому что только в пьяном состоянии можно решиться переваливать Ирендык…» (Тимур)

Пошутил, называется. Знал ведь, что это только гребаные цветочки!

Спустились уже в поздних сумерках. Тимур принял решение вставать на стоянку у ближайшего ручья, ибо до Талкаса еще нужно прилично ехать. В итоге встали на краю поляны у мелкого ручья.

Решили обойтись без горячего ужина, сегодня на вечер — сыроедание. А я, разминая спину, вежливо попросил в обязательном порядке доесть дыню.

А пока ждем наступления нового дня, и вновь открытия будут ждать меня за каждым поворотом!

День 2. «Новая дорога»

Общее пробуждение началось, кажется, часов в 7 утра, когда стенки палатки задрожали от вопля тиминого будильника.

Ну, как полагается, приготовили завтрак на горелке, поели и тронулись в путь. Главное — не тронуться умом — самая жесть еще впереди! По грунтовке вскоре выехали на асфальтированную дорогу, которая привела нас собстна к Талкасу. Совместное фото на фоне озера и зеленого хребта.

Дальше асфальт закончился, и грейдерная дорога, проложенная по открытой холмистой местности, уводила прочь от красивого озера.

После Тубинского начался хороший асфальт. Держа достаточно высокую среднюю скорость докатили до Темясово, где чуть-чуть поплутали, желая чуть-чуть срезать. Помню пруд, на том берегу лес, еще были плавающие то ли утки, то ли гуси.

С асфальта необходимо было съезжать и по грейдеру подняться на Уралтау, больше представляющий собой здесь плато, полностью покрытое лесом.

Дорога стала достаточно огребистой, несмотря на хорошую накатанность и не слишком большой уклон.

Сначала несколько км мы поднимались на хребет. Визуально подъем не угадывался, но чувствовалось, что едем в гору. Тянулось это долго… Затем пошли бесконечные подъемы и спуски. Дорожная пыль, поднятая в воздух в основном из-за проносившихся машин, обволакивала все мое тело. Пыль летела в глаза и в рот, забивалась в дыхательные пути, кожа на ощупь стала какой-то бумажной. Клубы пылеватого покрытия дороги, тянувшееся за автомобилями, на несколько секунд ухудшали видимость.

Танино вчерашнее падение давало о себе знать. Быстро вкручивать она не могла, бывало, что отставала сильно.

Доехали до пруда в деревне Бетеря. Время было обеденное, посему с чистой совестью устроили трапезу, заодно и искупались, изнемогая от палящего солнца.

Живут же здесь люди, в самом сердце Уралтау! Красота!

Дальше характер дороги не изменился. Все те же подъемы, все та же пыль, оседавшая на листьях в 3-4 метрах от обочины. Но бесконечный лес был величественен и великолепен. Периодически открывались виды на зеленые массивы.

Вот очередной спуск, на этот раз к руслу реки Тупяргас, через которую наведен мост. Пока остальные набирали здесь воду, я направился согласно указателю налево «кумыс». Там располагалось небольшое, но добротное хозяйство, в загоне прогуливались 3-4 лошади, за которыми следили два пожилых мужика. Один из них набрал в полторушку кумыс из большого белого пластикового бочонка.

Кумыс, ням-ням! С Тимуром выпили сразу, Рустам с Таней не изъявили желание испробовать сей чудесный национальный напиток.

Поехали дальше, все чаще приходилось ждать Таню.

С Рустамом первыми доехали до перекрестка, налево — Новоусманово, направо — Байгазино. Здесь же чуть поодаль приметили беседку, где и дожидались Тимура с Таней, сокращая запасы неучтенной сгухи.

Как только все собрались и перекусили, поехали дальше.

Доехали до более менее открытого участка местности, который являлся этакой обзорной площадкой, с которой открывался замечательный вид на расчлененный рельеф Уралтау, покрытый густым лесом, уходившим вдаль на многие километры.

А еще через несколько километров начался продолжительный спуск, обрамленный с правой стороны скальниками. Судя по приближенным замерам, спускались 35 минут, где-то 8-10 км, до самой Бетери-реки. После моста через Бетерю начался, возможно, самый тяжкий подъем. Уставшие и наглотавшиеся пыли, мы с Рустамом дожидались руководителя с фотографом в верхней точке подъема. Дальше ожидался спуск прямо к Старосубханкулово. Когда все собрались, Тимур повел нас по уходившей вправо грунтовке, желая тем самым срезать крюк к деревне. Прямо вниз к чертям!


Очевидно, эта грунтовка не имела хозяйственного значения и почти не использовалась.

Спуск был долгим, приятным (как ни странно) и даже экстремальным. Тимур показал, что значит VeloUfa-style, когда обходил упавшую на дорогу березу. Пришлось помучаться. Зато потом открылся красивый вид на речную долину. Помнится, там была ЛЭП…

Выехали к Белой, когда уже каменистый берег золотился под заходящим солнцем. Вот здесь и встанем. Стоит отметить, место стоянки было весьма живописным. Нависающие над Белой высокие скалы придавали всему пейзажу особенный шик. Да, это все Белая.

«О, кстати, у меня сегодня День Рождения» – совершенно обыденным тоном сказал Рустам.

Рустам в Магнитогорске проявил проворство и купил бутылку коньяка.

Коньяк, ням-ням.

А вот и первый в этом походе костер. Без него не то. Просто удивительно, какое умиротворяющее и целительное действие оказывает на душевное состояние горящие в костре ветки.

От графика немного отстаем, но впереди еще 7 запланированных ходовых дней. Все хорошо!

День 3. «По дорогам в небеса»

Итак, сегодня нам нужно было перебродить Белую и выйти к Старосубханкулово. Брод, пролегавший в нескольких сотнях метров от нашей стоянки, оказался совсем неглубоким, по щиколотку, если бродить верхом на велосипеде. Кстати, могу похвастаться, я единственный, кому это удалось сделать не спешиваясь.

«Моя школа» (Тимур)

До выезда на дорогу в Каги оставалось километров 8, и эти километры запомнились мне хорошо.

Утренняя свежесть и тишина, по левую сторону золотое поле, огражденное невысоким ветхим деревянным забором, все это на фоне отвесных скал и зеленых холмов.

Черт, не помню, что было справа…

Наш темп вторит настрою всему окружающему миру — неспешность, умиротворение… Вскоре приятная грунтовка вывела нас к Новосубханкулово. Деревня еще спала, когда мы въехали в нее. С главной дороги открывался живописный вид на запад — зеленые холмы, прячущееся за пеленой предрассветного тумана.

Докатили до Т-образного перекрестка. Налево — близлежащее Старосубханкулово, направо — Кага, до которой еще полсотни км.

Дорога — асфальт — представляла собой бесконечно чередующиеся горки, как на Уралтау, только они здесь были с большими амплитудами наборов и сбросов высот. То на скорости 50 км/ч спускались в долины, то пешком поднимались на перевалы. Порой казалось, что дорога уходит в небеса. На самом деле все прозаичней — дальше почти сразу был опупительный спуск с поворотами и прекрасными видами на холмистый зеленый-презеленый рельеф.

Перед затяжным спуском в Байназарово, у Рустама спустило колесо, пришлось производить ремонт камеры, так как запасная тоже оказалась проколотой…

А спуск и правда был запоминающимся. Само собой разумеющееся, после спуска следовал не менее запоминающийся подъем.

Последующие километры до Каги мало чем отличались от предыдущих. Рустам втопил так, что мы не могли его разглядеть даже на холмистой местности, где просматривалась значительная часть дороги. Я вконец упоролся ждать того момента, когда мы догоним Рустама и перекусим. Посему мы с Тимуром решили съехать с дороги и слегка подкрепиться под пологом леса. Таня была где-то позади, скоро должна была прикатить.

В-общем, ждали мы ее, ждали. Так и не дождавшись, я решил налегке поехать к ней навстречу, но на протяжении 2-3 км так и не встретил Таню. Еду обратно, не зная, что будем предпринимать. Вдруг смотрю, останавливается встречная машина, из окна молодой водила сообщил, мол, ваши уже ждут около Каги. Таня умеет телепортироваться.

Значит, кто-то из наших сообщил водителю о своем местоположении.

Кароч, встретили мы Таню с Рустамом под деревом у развилки, за 2 км от Каги. Спросили их о водителе, те ничего никому не сообщали… А Тимур выдвинул гипотезу о том, что мы с ним обновременно моргнули, и Таня с больной коленкой ракетой пронеслась мимо нас.

Повернули налево и поехали в гору. Начало накрапывать. Пока поднимались на перевал в сторону Верх. Авзяна, пошел ливень. Пока второпях накидывал анораку, промок еще больше. Дальше был резкий спуск к мосту через Белую. Дождь в глаза, нихера не видно, приходилось щуриться. Кстати, тут асфальта уже не было, он закончился на перекрестке.

После того, как пересекли в очередной (не последний) раз Белую, ливень прекратился так же неожиданно, как и начался. Зато впереди нас ждал еще один долгий подъем. На верхушке перевальчика полюбовались панорамой Верхнего Авзяна.

Деревня жила на лесозаготовках. Помню большое количество древесных стволов, складированных на местах вырубок, рядом располагался лесозавод.

Жизнь на улицах кипела.

Подъехали к продуктовому магазину. Я чувствовал, что уже соскучился по городской еде. Похоже, не я один. Тимур купил большую бутылку айрана и несколько штук сладких булочек. Все было съедено и выпито на месте, на крыльце магазина.

Миновали деревню, а впереди возвышалось первое на маршруте препятствие 3 к.т. – хребет Шатак. Лезть на него сегодня было бессмысленно, хоть и был только ранний вечер. Перебродив Бол. Авзян, встали на опушке у подножия хребта. В оставшееся светлое время суток отлично поматрасили. Ну еще бы, на завтра запланирован подъем в 4 утра…

День 4. «Шатак»

Громкий, душераздирающий звонок будильника Тимми возвестил всех о новом ходовом дне, знаменующем собой начало горной части маршрута. Именно с этого дня начинается 3 кс и поход справедливо приобретает эпитет «трэшовый».

Под Тимминым руководством сборы в лагере проходили быстро, и это утро не стало исключением, несмотря на ранний подъем. Мой организм был в шоке от того, что его подняли в такую рань, все делалось на автомате, а объективное сознание пока что путалось в сетях столь внезапно получаемой информации. Ровно в 5 утра на наших велокомпьютерах пошел отсчет…

Темно было так же, как в самую настоящую ночь. Под звездным небом в пелене мрака, посреди окружавшей нас абсолютной тишине медленно поехали вперед — к хребту. Как только начался набор высоты, все выщелкнулись из контактов и зашагали по дороге. По дороге сна, мимо мира людей!

До сих пор помню то ощущение. Под покровом ночи идут 4 велосипедиста, приятный хруст щебенки под ногами, разносясь в лесном молчании, ласкает слух, а утренняя свежесть обдает нежными потоками воздуха обгоревшую кожу лица и рук. Казалось, спит весь окружающий мир.

Именно так началось наше восхождение на хребет Шатак — степенно и беззаботно. По мере того, как мы поднимались все выше и выше, а ночь расступалась все быстрее и быстрее, область зрения значительно расширялась, и взору постепенно открывался рельеф и величественные леса Шатака.

Дорога, оставаясь вполне проезжабельной для нас, начала приобретать признаки горного серпантина — стала более извилистой, подъемы стали круче. Но покрытие оставалось матрасным.

Часам к 10-ти утра мы сделали ходку недалеко от обзорной площадки. Солнце уже вовсю дарило свои утренние лучи, переливающиеся золотом на каждой поверхности.

Обзорная площадка располагалась по ту сторону скальника, возвыщающегося от уровня земли метров на 5-6. Отсюда, глядя с дороги, и не скажешь, что всего в 30-50 метрах открывается шикарный вид на окрестные территории. Взобравшись на скальник, первое посетившее меня чувство было удивление, а через секунду — восхищение. Я никогда прежде не охватывал одним взглядом такие огромные лессные массивы, располагающиеся на живописной холмистой местности. Вдалеке во впадинах ютились молочные туманы. Зеленое зеленое царство…

После 15 минут эстетического оргазма пошли осматривать еще одну достопримечательность — конгломераты, возвышающиеся из-под земли на 10-15 метров чуть поодаль отсюда.

Конгломераты представляют собой вторичную горную породу — жестко сцементированные окатанные камни размером с кулак. Конгломератный скальник — отличный естественный скалодром; выступающие и крепко сидящие в структуре породы древние камни создают отличную опору для рук и ног, чем я и воспользовался, облюбовав один из таких скальников.

После вводной экскурсии поехали дальше. Лесная зона осталась позади, и теперь мы едем по альпийским лугам, являющиеся здесь выженными солнцем степями. Повсюду среди бледножелтого поля растут отдельно стоящие низкорослые березки. А во-о-он там вершина — Большой Шатак, туда нам и надо. Далеко…

Доехали до какой-то одинокой пустующей избушки возле пересохшего родника. Рядом гуляют несколько лошадок.

Начался небольшой сброс высоты, вероятно, в седловину, после наткнулись на пешею тропу, уходящую влево. Тимур с GPS решил не продолжать сброс высоты, а пойти по этой тропе с постепенным набором прямиком к вершине.

В скором времени вышли к подножию округлой курумной вершины, в верхней точке которой установлен флаг Российской Федерации.

Издалека флаг мне казался совсем небольшим, примерно с сигнальный флажок. И именно сейчас я понял, насколько обманчивы в горах размеры и расстояния. Курумник казался мне скоплением камней, ну может быть, размером с телевизор, а сейчас передо мной лежат огромные грубые валуны, сравнимые с большим кухонным столом.

Вот он, Шатак — мой первый тысячник! Отсюда открывается вид на 360 градусов — далекие земли, поселки и горизонт в нескольких десятках, а может и в сотне километров. Бодрящий ветер будто стремиться подхватить меня и унести еще дальше, еще выше… А а небе все так же светит летнее солнце.

Получасовой перекус (обедом это тяжело назвать) и вперед по джипперской дороге. На МТБ едем до даунхильному грунтовому спуску. Начался лес… Он все плотнее и плотнее прижимается к заросшей высокой травой дороге, ветки низко свисают над нами… Скрытая в зарослях колея норовит повести колеса в сторону, сучки хлестают по ногам, по шлему, по лицу. Спуску нет конца! Повороты направо-налево, колесо теряет на долю секунды сцепление с дорогой, соскакивает в канавку и на скорости налетает на спрятавшуюся ветку. Кроссовки слетают с педаль, сердце забилось, легкие сжались — плавное торможение и жесткий хват руля разрядили обстановку… А дальше снова спуск.

Вскоре спуск стал более пологим; выехали на большую поляну, изрезанную бороздами глубиной до 20-30 см, также скрытые в увядшей траве. Я даже умудрился навернуться. Триал такой триал.

Позади нас красуется вытянутая скальная гряда, отлично просматриваемая с этой поляны. Флаг ВелоУфы — настало твое время.

Альбом: Южный Урал 3кс

Дальше мы что-то заплутали… Выезжая к очередной поляне посреди лесного хаоса, Тимур никак не мог определиться с направлением, а дорога, по которой мы ехали, сильно отклоняла нас от курса. Решили ехать по периметру поляны, авось встретим какую-нибудь богом забытую дорогу. Таковой не нашлось. Решили последовать старому проверенному и беспроигрышному методу – «по азимуту». Пошли мы в заросли по пояс за тропящим Тимуром, а лес повсюду, даже над головой. Через 20-30 минут пересеклись-таки с более-менее угадывающейся грунтовкой.

Еще через некоторое время поднялись к широкой грейдерной дороге, вероятно, регионального значения. И опять, глотая пыль, поднимаемую проезжавшими машинами, огребаю за двумя неуловимыми Рустамом и Тимуром.

Тане стало совсем тяжело, падение в Сибае дало о себе знать. Необходимо было осуществлять выброску. Таня созвонилась с родными и договорилась встретиться близ села Улу-Теляк.

Вечерело. Последние километры ехали вместе с Таней. Слева бросилась в глаза железная дорога. Мы проезжали здесь на поезде 4 дня назад. Столько времени уже прошло…

По приезду в Улу-Елга закупились ништяками. После небольшой трапезы Тимур с Таней потихнечку поехали дальше, а мы с Рустамом доедали ништяки.

После Улу-Елга свернули на Белорецкую трассу с грозно громыхающимися фурами и со свистом проносящимися легковушками. Шлем почти не давай чувства защиты, поэтому последовал примеру Рустама и тоже свернул на обочину.

Вскоре вместе доехали до места, которое на GPS обозначалось, как пересечение дороги с мелкой речушкой, благо она в этом месте не пересохла. Свернули с асфальта в сторону поляны. Вполне приемлимое место для ночевки, хоть и пришлось поцарапать себя о всякие тернии, дабы добраться до ручейка, затерявшегося в густом бурьяне. Одним слово, доступ к воде проблемный.

Дебит совсем небольшой, еще чуть-чуть — точно пересох бы.

Через полчаса приехал отец Тани, и единственная девушка в нашем трэш-походе уехала домой…

Тимур на горелке приготовил ужин (стоит отметить, готовил он отлично), и мы пошли спать.

Стало ясно, что эта ночь будет холодной, к тому же я весь освежился в ледяном ручейке. Зато согрелся немного Рустаминым коньяком.

Заскучал что-то по костру, дарящий самое приятное тепло…

Тем временем все самое интересно только начинается.

День 5. «Иремель»

Подъем в 6 утра. Не помню, чтобы мне было так холодно, как в это утро 5-ого дня. Вылезать из спальника и покидать палатку не хотелось определенно. Дрожащие пальцы плохо слушались, все тело мерзло до костей. Перед самим выездом надел все имеющиеся теплые вещи.

Дальше едем так же по двухполосной трассе, прямой курс на Белорецк — город Белой-реки.

Со всех сторон трасса окружена покрытыми лесов хребтами — типичный пейзаж для здешних мест, а вдалеке просматриваются силуэты седых вершин. Межгорное пространство частично обезлесено, сказалась, видимо, хозяйственная деятельность человека.

Утренняя свежесть пробирается сквозь каждую щель в одежде. Стараюсь держать высокий каденс, чтобы хотя бы разогрелась нижняя часть тела. Как оставленно было позади Серменево вспотел так, что нижняя одежда прилипла к коже. Под свист фур и легковушек переодеваюсь и еду дальше.

Перед самим Белорецком нас ожидал двухкилометровый спуск, и вот уже через пару мгновений мы в городе металлургов, фотографируемся у приветственной стеллы.

В городе сделали несколько попыток к тому, чтобы расспросить у местных, где здесь супермаркет. Получилось только с 3 раза, ибо первые две попытки ничем не увенчались, разве что шараханием и подозрительной оглядкой белоречан.

В Магните закупились необходимым и обходимым 🙂

После весьма мерзлой ночи день радовал нас своим теплом. Мол, радуйстесь пока. Температура была наиболее комфортной.

После Белорецка ехали по хорошему асфальту в горку под малым градусом. После продолжительного подъема начался офегительный спуск, причем на глаз определить, что это спуск, невозможно, и на протяжении 10-15 км создавалось ощущение, что велосипед сам тянул тебя вперед со скоростью около 30-35 км/ч вплоть до Тирляна. После Тирляна началась грунтовка и дорога пошла с небольшим набором высоты.

Как раз где-то у поворота на Тирлян (мы поехали прямо) ко мне подъехал поддатый мужичок на мотоцикле с коляской типа «Урал» и настойчиво стал предлагать услуги извоза. Лишь после моего троекратного «нет» доброжелательный абориген уехал восвояси.

Однако наше общение с ним на том не закончилось. Пока ехали друг за другом с небольшой дистанцией откуда не возьмись выруливает тот самый мотоциклист, проезжает мимо меня и Рустама в каких-то 10 см и ровняется с Тимуром, который в тот момент слушал музыку и никого не трогал. Через мгновение горе-мотоциклист подрезает нашего руководителя у самой обочины, и Тимур съезжает в кювет, а тот, видимо, не понял, что наделал, и остановился вместе с нами. Из кювета вылезает Тимур, хватает за грудки мужика валит его на землю. Тот такого хода никак не ожидал, и, подняв кверху лапки, стал жалобно утверждать нас в том, что хотел лишь помочь.

Все закончилось тем, что Тимур и мотоциклист, назвавший себя Фанисом, обменялись рукопожатиями. Вот так все мирно закончилось, а на лице Фаниса не осталось ни капли обиды. Доброжелательная физиономия не разу не сходила с его лица во время нашего недоброжелательного поначалу общения. Он все упорно убеждал нас в своих благих намерениях. И уехал в Николаевку.

Доехав по грубому грейдеру до Николаевки, повернули по неприметному указателю направо «Иремель». И теперь впереди возвышается седая величественная каменная громада. В ее сторону мы и держим путь, теперь уже по грунтовке.

Через несколько сот метров сосновый лес принимает нас в свои обьятия. Хорошо накатанная дорога приносила приятные ощущения всем частям тела

При въезде в природный парк нас ожидал приветственный лай собаки. В этом месте располагается застава егерей — несколько деревянных домиков. У шлакбаума нес вахту молодой парень тюркской внешности, взявший с каждого по 30 рублей. Дальше этого шлакбаума въезд на собственном транспорте простым смертным запрещается, и восхождение продолжалось уже 11-ым маршрутом. Судя по словам встретившихся нам навстречу измотанных и истекающих потом путников, дорога к вершине занимает 6 часов — это только в одну сторону.

После заставы нам встретились два ничем не отличающиеся речушки. Глубина и скорость течения были незначительными, и брод не представлял собой препятствие, однако все мы поперлись по наскоро сделанному дощатому мостику, перекинутого с одного бережка на другой, чьи так называемые лаги опирались на каменистое дно и придавали шаткость всей конструкции.

«А может быстрее было бы просто вброд перейти?» – «Не, я за это 30 рублей заплатил» (Тимур)

После мы шли только с набором высоты. Большую часть времени я шел пешком, ведя велосипед рябом с собой, лишь изредка садясь в седло.

Хвойно-березовый лес сменялся опушками, устланными высокой полевой растительностью. Августовское солнце разукрасило поляны в желтые оттенки, тем не менее лес и разнообразные полевые цветы придавали фону некую свежесть.

Всюду навешаны таблички о запрете костров и стоянок. Под одной из них мы устроили небольшой перекус.

Помню еще привлекшую мое внимание безобразную сосну с нелепо торчащими во все стороны длинными стволами, достаточного размера, чтобы выдержать мой вес… Эх, жаль, физических сил мало осталось, да и время нас постоянно поджимает, не первый день уже.

Вскоре начался тот самый волшебный лес, который я вспоминаю всякий раз при упоминании горы Иремель. Дорога закончилась у одной из стоянок с беседкой, началась пешая тропа, вся изрезанная грубыми корнями и торчащими валунами с острыми краями, так что тут либо иди пешком, либо проявляй способности в триале. Камнями был усеян весь лес, часть их поверхности была покрыта пушистым мхом, к которому так и хотелось прикоснуться, прилечь…

Размеренное продвижение вглубь леса позволяло осматривать все со всех сторон и наслаждаться всем тем, чем одаривал нас вечер 5-ого дня. Ведь эта была не только физическая и моральная утомленность от сумасшедшего режима. Именно сейчас можно умиротвориться тишиной, которой овеян был весь лес. Именно сейчас, после пыльных автомобильных дорог можно вдохнуть первозданный воздух, лицезреть первозданную природу. Именно сейчас можно побыть в состоянии приятной усталости, понимая, что впереди еще будут самые тяжелые километры маршрута.

Хвойный лес… Вглядываясь в него, я как будто глядел в бесконечность. Мой взгляд терялся где-то в непроходимых зарослях, растущих меж вечных огромных камней. Палитра всех имеющихся красок создавала какой-то волшебный синеватый оттенок. Лес венчается густыми кронами деревьев, отбрасывающих плотную тень. Преисполненные спокойствием, мы идем вперед медленно, но верно.

Вечерело, пора вставать на стоянку. На предыдущем месте стоянки имелась беседка, но отсутствовала вода — русло родника было пересохшим. Зато следующая, где нам и посчастливилось встать сегодня, была просто на заглядение. И родник здесь был, и кострище, и много свободного места. Были здесь даже несколько валунов размером с Дэу Матис, которые мы приспособили под большие столы для раскладывания личных вещей, что было весьма удобно.

После ужина Тимур решил поэкспериментировать и приготовил какао из какао-порошка на основе сгущенки, разбавленной во вскипяченной воде. Мне понравилось, но я точно знаю, что в городских условиях, я не стал бы это пить.

Ночлег на высоте 958 метров. Завтра будет Большой Иремель.

День 6. «Горы повсюду…»

Холодно. И мокро. Раннее утро поприветствовало нас дождем. Второпях свернули лагерь и вышли на тропу.

Казалось, лес целиком окунулся в стихию дождя. Промозглый воздух, пробираясь через одежду к телу, вызывает психологический дискомфорт, размокшая говнотропа присасывает к себе насквозь промокшие кроссовки. А черная как смоль грязь забивается в тормозных колодках и переключателях. Ко всему прочему тропинка становится еще более хардкорной — скользкие камни лежат повсюду, корявые корни деревьев израстают на поверхность земли, сильно мешая нашему передвижению. Но в пелене нескончаемого дождя бесконечная лесная даль становится все более чарующей. На фоне этого пленительного сине-зеленого леса очертания Тимура и Рустама постепенно вырождаются в точку и вскоре они выпадают из поля зрения. Я уже долго иду один под размеренный громкий шепот дождя и хлюпание обуви. После очередной встретившейся мне стоянки, у которой имелось аж 4 родника, я продолжил путь вперед. На то, что тропинка сливается с подлеском и зарастает кустарником, я поначалу не обратил внимания. Метров через 30 это вызвало подозрение, еще через 10 — недоумение. Заглушая в себе легкую панику, вернулся к лагерю и в темпе начал искать тропу. Тем временем, мои товарищи уже, наверно, метрах в 200 от меня…

Тропинку нашел. И быстро помчался вперед.

«Ну что, отдохнул? Пошли дальше!» – сказал развалившийся на поваленном стволе Тимур сразу, как я догнал их.

Лес, лес, лес. И нету ему конца!

Справа открылся вид на зернистый иремельский гребень, словно он был сложен небольшими камнями размером с мою голову… Эх, горы.

Вскоре вышли из-под сени деревьев к горной лесотундре. Особняком росли карликовые ели, курум здесь еще скрыт под слабым слоем почвы, мелкой растительностью и густым стлаником. Все лучше стали просматриваться вдалеке скальные массивы. Горы… Такие могучие. Умереть не встать.

Навстречу вышла улыбающаяся пара — мужчина с женщиной в дождевиках. Интересно, что они о нас подумали… Впрочем, мне все ранво, что они о нас подумали — я уже привык!

После брода ручья, бивший из-под камней у самой тропинки, нам попалось довольно зачетное место для стоянки под некарликовыми деревьями. Далее нас ожидал тяжкий подъем в седловину. Отсюда уходящая вверх тропинка хорошо просматривалась посреди альпийских лугов и казалась вполне проходимой. Эх, горы, нельзя вам верить… Одолевая этот подъем, сплошь выложенный валунами и путающимися под ногами зарослями стланника, я делал остановки каждые 20 шагов. За несколько десятков подходов я его одолел.


Отсюда, с седла, открылась еще более воодушевляющая панорама на гористую местность — сердце Южного Урала, и я слышу, как оно бьется… Величественно и умиротворенно, громко и беззвучно. Далекие гребни прятались за мутной занавесью дождя.

Все седло укрыто ягодником. Никогда не пробовал столь вкусной ягоды. Приметив россыпь голубых или красных точек, бросали велы и прижимались к мокрой земле, рьяно уплетая голубику с брусникой.

Тимур принял решение — вершину не штурмовать. В тот момент меня это расстроило, но оценив ситуацию, здравый смысл сам дал ответ — решение правильное.

По теряющейся средь лугов тропе вышли к перекрестку. Тропа, что уходила влево, вела явно вниз. Однако мы прошли чуть дальше, пока альпийская растительность не сменилась редколесьем. Небольшой переход «по азимуту», крики «хоп-хоп!» и тропинка, изрезанная ветвящимися корнями, стала сбрасывать высоту.

Спуск. Еще спуск. И еще спуск. Наскакиваю на камни, со всей силы жму тормоза… пробиваюсь сквозь плотные ветки, хлестающие по лицу. Не помню, с какого момента тропинка стала автомобильной грунтовкой, но когда она стала таковой, кровь наполнилась адреналином, дыхание замерло, а веки, казалось, не смыкались до самого конца. Изумительный даунхильный спуск.

Стали часто попадаться растянутые группы по 10-12 человек, в большинстве своем, это группы молодежи.

Дождь пошел еще сильней. Анорака спасала, но то, что было ниже пояса, все промокло. Колодки стерлись чуть ли не «до костей». По колее текли грязевые потоки. Весь я был замызган ошметками грязи.

Спуск. Еще спуск. И еще спуск.

Наконец показался Тюлюк на фоне Зигальги.

Это была опрятная деревушка, известная каждому уважающему себя туристу. Дождь прекратился, небо прояснилось, позади вдалеке показался Иремель.

«Вот Иремель! Хоть обратно езжай» (Рустам)

Время обеденное. Наглотавшись земли и песка, рот требовал человеческой еды. Нет, не походной, а именно человеческой. Посему остановились у кафе. Эх, название бы вспомнить, очень оно мне понравилось. И телевизор есть. Ну разве что немного ворчлива оказалась официантка, заколебавшаяся бегать за добавкой.

Скоротав часок в уютной обстановке, продолжили наше дальшейшее следование. Итак, Иремель и Шатак остались позади, а впереди наверняка самое трудное препятствие на маршруте — хребет Нургуш.

По освещенной солнцем дороге едем меж величественных седых хребтов, некоторые из которых еще прятались за облачной дымкой. Куда ни глянь — курумный гребень, опоясанный густыми лесами. Вот она — цитадель родных гор.

Детали промежутка похода между Иремелем и Нургушем я помню смутно, остался в памяти лишь бесконечный лес. Поехали по дороге в сторону Меседы по долине Юрюзани, пересекли по мосту сначала Тюлюк, затем оскудевший Березяк. Свернули с гравийки налево на грунтовку, что шла по невысокому перевалу, если не ошибаюсь, по хребту Уван. По глубокой колее можно сделать вывод, что в межсезонье дорога здесь представляет из себя болото. Но и сейчас она отнюдь не была сухой, однако для велосипеда оставалась проезжабельной на 100%. После перевальчика дорога продолжала вилять в густом лесу, пока не уперлась в Т-образный перекресток. Указатели на табличках показывали направления и расстояния — до Большого Нургуша 13 км. Мы за Тимуром повернули направо, миновав Олимпиев Кордон. Тимур поторапливал нас с Рустамом, пока мы осматривали окрестные территории.

Обогнали многочисленную группу пешников, с любопытством и улыбкой глазевших на нас. Попутно отвечали на их вопросы, вроде «Ребят, а вы откуда? А че, прям из Уфы?»

Вечерело, и пора было ставить лагерь. Нашли отличную поляну с беседкой и «кипящим» источником, заключенным в брущатый колодец. Недалеко текла достаточно полноводная речушка Калагаза, через которую перекинут деверянный мост с навесом. Спустя пару минут дошла пешая группа и тут же над стоянкой повисли шум и гвалт, исходивший главным образом, от них. Посыпались громкие оценочные суждения о преимуществах данной стоянки, переговоры, касающиеся сегодняшнего ужина, гипотезы о роде попутного газа в источнике, о пригодности употребления сей воды вовнутрь и о влиянии на организм. Встали они чуть поодаль.

Тимур в глазах пешников сразу прослыл крутым местным краеведом, разъяснившим им все до мельчайших подробностей о том, что их ждет впереди и какаие достопримечательности поблизости можно посетить.

После ужина к нам подослали симпатичную девушку, которая пригласила нас отужинать второй раз уже вместе с их группой. Не хотелось отказывать!

А еды у них было немеренно…

Выяснилось, что они из Ижевска, что инициатором уральского похода является некто турист, имеющий опыт в серьезных путешествиях и с гордостью рассказывающий о них. Разговор коснулся также грядущего Чемпионата России по велотуризму в Ижевске, бесполезности велосипеда в этих краях (вполне справедливо), ну и прочих бытовых тем. Их интерес также коснулся длительности нашего похода, и многие спрашивали, из самой Уфы ли мы едем. После уточнения, что, мол, не из Уфы, а из Сибай, они лишь выдавали многозначительное «Ааа, понятно», не подозревая о том, что отсюда до Уфы километров 250, а мы проехали чуть менее, чем 5 сотен км.

Освежившись в речке, мы легли спать.

День 7. «По дорогам в облака»

С каждым утром вставать и вылазить из палатки становится все трудней: ватное тело изрядно сопротивлялось, а нарушенная психика просто мечтала о дневке. Тряся всеми своими конечностями, налитыми свинцом, выполняю на автомате процедуру по сбору вещей. Стало как-то все равно на взаимное их расположение в велоштанах, и нерациональное использование пространства в объеме рюкзака я компенсировал грубой силой, с которой я засовывал вещи вовнутрь.

Пока подсознание ижевцев любовалось 10-ым сном, мы покидали стоянку, помахав рукой симпотичной девушке, вставшей раньше своих товарищей.

После мостика, то есть почти сразу, дорога превратилась в груду хаотично разбросанных здоровенных камней с примятым между ними грунтом. Техничность дороги сразу оценил Рустам, готовящийся в Чемпионату России. Триальный взлет продолжался до самого поворота на вершину, до которого почти от самой стоянки мы шли пешком. У поворота стоял УАЗ. Честно говоря, я был поражен, ибо не был еще осведомлен о проходимых качествах внедорожников. Пока я готовился к трэш-восхождению, надевая за спину велоштаны, а на грудь заплечник, Тимур с Рустамом оценочно поглядывали на УАЗ, периодически высказывая свое мнение.

Автомобильная дорога шла дальше, указатель на камне направлял нас налево – «Большой Нургуш». Рядом еще один камень, фронтальной стороной обращенный к дороге, украшал искусно выполненный в цвете рисунок, изображавший местный осенний пейзаж. Тропинка шла прямиком через курум, край которого обрамляла автодорога.

«О, сфоткай меня на фоне курума!» (я) – «У тебя еще будут фотки на фоне курума» (Рустам)

Груз на плечи, вел в руки, ноги в зубы и алга. После непротяженного курумного препятствия, тропинка на удивление стала вполне проходимой, ну разве что круче пошла вверх. Торчащие корни, ветки, путающиеся в ногах и колесах велолипеда, выступающие ребра неотесанных камней хоть и доставляли немало неудобств, однако я ожидал худшего.

Градус подъема был уже около 30-ти. Лесная зона заканчивалась, посреди коричнево-зеленых лугов росли одинокие карликовые хвойные деревца. Стал ощущаться ветер. Грань между небом и землей становилась все ближе. Подъем на нургушское плато оказался очень тяжким.

Однако я ожидал худшего…

Тяжелое дыхание заглушалось завываниями горного ветра, но стоило мне обернуться, как режущие глотку вздохи замерли… Как на ладони раскинулось серое облако, скрывающее собой низины и склоны, а вон там, словно парящий в небесех замок, возвышается над облаками вершина хребта. Я вижу, как плывут облака, белым одеялом проносясь перед моими глазами. Надо же, выше их мне еще не доводилось бывать. Есть еще пару минут, чтобы насладиться этим ощущением, этой небесной феерией.

Житейские проблемы остались внизу. Отсюда, с высоты горных массивов, они кажутся столь нелепыми, столь незначительными, будто далекий предмет там, внизу, еле заметный с высоты нашего полета и теряющийся в вечном безбрежном океане Вселенной. Вот оно — очищение.

Ну а нам пора дальше. И как только мы вышли на плато, моему взору открылась еще более величественная картина. Впереди простирался курумный океан, до самого горизонта. Это пипец, товарищи.

Оба рюкзака уже натирали мне плечи и спину, голеностоп норовил подвернуться, глаза слезились от порывов ветра.

Кстати о рюкзаках. Рустам придумал продуктивный метод закрепощения наивного новичка в хардкорном походе старичков. Он просто привязал мой небольшой заплечник, который в данный момент являлся нагрудником, к лямкам велорюкзака. Мне оставалось только поспевать за этими лосями, ибо самостоятельно отвязать рюкзаки друг от друга я не имел возможности, а сидеть с такой ношей было жутко неудобно, особенно на куруме.

Вдалеке за невысокими деревьями мы приметили 3-4 палатки — да, крутецкая стоянка. Она располагалась на фоне одной из вершин хребта и имела округлую форму, высота где-то 200-300 метров над уровнем плато. Оттуда, со стоянки, к нам вышел один мужик и, убедившись с наших слов в сохранности своего транспорта, оставленного у тропы, ушел прочь.

Странно, что нам не туда, не на эту вершину. Ну и слава богу, иначе пошло оно все к чертям, я домой пошел. Но мы продолжили идти вдоль этой громады. И если до этого пространства между камнями было занято стланником, на который хоть как-то можно было опереться, то сейчас поверхность, по которой мы передвигались, была сплошь усеяна грубыми хаотично разбросанными камнями, размером с автомобиль. Тут и налегке можно отлично огрести, но мы же, бл..ть, велосипедисты.

Пока Тимур с Рустамом уперли черт знает куда, я каждый раз подолгу выбирал место, куда лучше наступить, чтобы не трахнуться с велом и всеми вещами в расщелину между камней, ведь в случае неудачного исхода я рисковал получить перелом. В тот момент для меня существовал лишь тот камень, на который мне нужно было перейти, чтобы продолжить дальнейшее движение, а на все окружающее я почти на обращал внимание. Ну разумеется, я периодически оглядывался вокруг и видел лишь бесконечные курумы да облака. Горы, курум, небеса — мы словно находимся на оторваном от всего мира острове, лишенном какой-либо связи.

Тимура уже не видать, Рустам вдалеке прыгает по камням и тоже скоро скроется в пелене.

А мне нужно идти, за меня никто не донесет ни велосипед, ни рюкзак. Давай, ноги в руки и пошел! Тебе еще идти и идти. Вон ветер тебя как подгоняет! Правда направлением малость ошибся…, на 90 градусов…, и пока я демонстрировал чудеса эквилибристики, балансируя на ребре валуна, порывы все норовили сбросить меня вниз, прямо в ад… Только под ноги смотри, а не, можешь не смотреть — нагрудник все равно закрывает весь обзор.

Так продолжалось очень долго, пока я наконец не приметил за зарослями елей отдыхающих Тимура и Рустама. Последние 50 метром Тимур помог дотащить мой вел, и я «налегке» с 2-мя рюкзаками дошел-таки до места ходки. Рустам отвязал нагрудник от велоштанов, я эту ношу стянул с себя ослабевшими дрожащими руками и бросил на камни.

Потроллив факт моего безысходного положения в отсутствии поблизости второго лица, Тимур с Рустамом вновь уперли вперед, предварительно связав на мне гребаные доспехи, гарантирующие мое скорое прибытие к месту сбора. А без связки нагрудник все время стягивался с плеч, что в общем-то тоже неудобно.

Края курума не видать, и каменистое плато продолжило выносить мне мозг.

После очередной долгожданной ходки курумный массив закончился, и впереди теперь практически идеально гладкое бледно-коричневое с красно-синими вкраплениями поле в белесом облаке, уносимым в сторону сильными порывами. Видимость в радиусе 30-40 метров. Вокруг лишь горные луга и белая мгла.

Монотонная ходьба в пелене успокаивала, до вершины осталось набрать несколько десятков метров высоты. Еще чуть чуть.

Пройдя 2-3 км по полю, мы наконец дошли до Большого Нургуша. Здесь, у темной каменистой насыпи, с гордостью держа флаг ВелоУфы, я сфотографировался на фоне изумительного горного пейзажа, скрытого, к сожалению, за непроглядным облаком!

Чтобы донести свои слова до товарищей, нам приходилось кричать, ибо голоса наши уносились сильным ветром и рассеивались в горном просторе. Время — около полудня. Восхождение длилось 5-7 часов.

Спустились на 10 метров вниз по западному склону и разместились за камнями на узкой горизонтальной поверхности. Шум ветра затих… Впереди склон ныряет вниз во мглу, а мы созерцаем лишь огромное белое воздушное пространство.

Перекус в беззвучном молчании гор продлился недолго, и как только мы выбрались на еле угадывающуюся посреди лугов тропу, ветер вновь заложил уши. По мере сброса высоты, облака рассеивались, и все отчетливей в дали проступали нижние земли.

Здесь уже поле представляло собой россыпь камней размером с колесо автомобиля посреди трав и северных ягод. Не курум, конечно, но фактор огребалова имел место.

Вон за тем хребтом впереди видны края озера Зюраткуль. Надо же, как здесь высоко.

Тимур с Рустамом бывало пропадали из виду, и мне приходилось подгонять себя, так как меня совсем не радовала перспектива потерять нужное направление и остаться в одиночестве, ибо тропинка окончательно затерялась. Идем по азимуту, что называется.

В итоге дошли до лесного пояса, появилась виляющая меж елок тропинка, но продвижение сильно замедлилось. Тропа резко уходила вниз в густые лесные чащи, появились элементы «вьетнама», бурелома, кое-где приходилось преодолевать участки курума, ветки царапали оголенные участки кожи. Лес, казалось, давит со всех сторон. Настоящие южноуральские джунгли. Тем временем неудобные для спины велоштаны сильно давили на позвоночник, боль отдавалась в шее и пояснице. Устанавливать их на багажник не имело смысла, все равно приходилось поднимать велосипед достаточно высоко над землей, преодолевая огромные поваленные стволы да заросли густой зелени.

Несколько километров по такой тропинке, и началась дорога, больше напоминавшую дорогу для квадрациклов (если судить по ее ширине).

Самый тяжелый участок маршрута был пройден!

Навстречу попались пешники из Сатки с туристическими заплечниками. Удивительно, что местные тоже занимаются туризмом в окрестных краях.

Приходилось постоянно следить за дорогой, не имея возможности осмотреться, ибо рисковал неудачно наехать на камень и поцеловать скальную породу. Зубами. Объехать их было невозможно, потому что они были везде. Оставалось только выбирать наиболее оптимальный путь.

Каменистая дорога закончилась и начались говны. Не, ну не такие прям как в окрестностях Мяткиси в мае, но помочить ноги пришлось. Тимур попутно рассказал историю о том, как они здесь с Таней и другими ВелоУфимцами глубокой ночью искали сухое место для стоянки, стоя по колено в воде. Оглянется, мол, а вокруг одно болото.

Вышли на прогалину и лучи солнца полыхнули в глаза. Перекусили в ветхой беседке и поехали по лесовозке вдоль западного берега озера Зюраткуль. И через некоротое время доехали до одноименного поселка.

На этом берегу Зюраткуля вовсю шумели группы молодых людей, наслаждаясь запахами жареного мяса с хрустящей корочкой и хмельным вкусом пива. Интересно, долго они тут? А что я получил за то время, что они провели здесь? Каждый час, проведенный в пути, стоит дня матрасного отдыха.

Водная гладь озера слегка рябила, пронизываясь золотыми лучами. За Зюраткулем возвышаются хребты, мы только что оттуда.

Грейдерная дорога, уходящая прочь от озера, выглядела до безобразия хорошей.

«Ну что, рад, что по такой дороге поедем?» (Тимур) – «Я вообще рад, что сегодня сел в седло» (я)

Сначала дорога шла без уклона, затем следовал протяженный спуск с Магнитного хребта в поселок Магнитский.

И снова цивилизация, зона относительного комфорта. Несколько часов назад мы карабкались в горы в природном безмолвии, наслаждаясь теми красотами, преодолевая те препятствия, что преподносил нам дикий мир. А здесь — снова люди, снова города. Любопытные ощущения. Будто опять привычная и заурядная жизнь нарушает душевный настрой.

После Магнитского начался асфальт. Пора домой. Было принято решение в Таганай не ехать: физическая усталость плюс отставание от графика. Топить в Таганай, чтобы успеть в Миасс — зачем? Тем не менее, на последних километрах некое психологическое оцепенение сошло на нет, и я был снова готов рвануть еще дальше на Север.

Во время небольшой остановки, вызванной звонками родными и близкими, впереди за поворотом вдруг послышался резкий скрип, затем глухой удар и треск деревьев. Самого произошедшего на дороге мы не увидели, зато увидели, как что-то с большой силой повалило 3-4 дерева. Мы тут же помчались в сторону источника безобразных звуков. Там, в кювете, лежит на крыше отечественная легковушка. Багажник открыт, все вещи разбросаны по пути полета машины, всюду сгнившая труха. Крыша сильно помята, из-под нее доносятся чьи-то тонкие кричи…. Стараниями Тимура и Рустама удалось вытащить пострадавших — ими оказались до смерти напуганный мальчик лет 10, не произнесший ни слова, поддатый батя, делающий вид, что у него все под контролем, и какой-то парень лет 30, который и был за рулем.

Батя рьяно пытался отыскать документы, затерявшиеся в этом хаосе. Без документов его не пустят в родной Трехгорный. К тому же у него был сломан голеностоп, но боли в силу своего состояния он почти не чувствовал. Немного потроллив с самим пострадавшим сей факт, собрались уже выдвигаться, как водитель попросил нас помочь перевернуть машину на колеса. Каким образом он хотел это сделать — непонятно, всюду росли крепкие деревья, препятствующие этому. Смирившись с нашим отказом, он принялся с батей раскачивать машину. Ну и черт с вами, поехали дальше.

Закрадывались сомнения по поводу стоянки, хороших мест тут не было, а живописный Зюраткуль остался позади. На карте имелась речка Черная, но исток у нее находится недалеко от дороги. Это значит, что в августе русло здесь скорее всего будет пересохшим. Поблизости другого источника воды не было. Пришлось искать место. Встали в итоге в сотне метров от дороги с крайне неудобным выходом к речке — она все-таки была, но вся в густом подлеске. Мысли о Зюраткуле вызывали некоторое разочарование по упущенной возможности.

За ужином под соснами Тимуру пришла идея оставить сейчас это место и доехать до Бердяуша, а там уже сесть на какой-нибудь поезд.

Так и сделали. Около полуночи вышли к преждней дороге и поехали по асфальту в сторону трассы М5.

Снова в ночь летят дороги

День в рассвет менять…

Под покровом абсолютного мрака слышно лишь приятное гудение покрышек да легкий шепот листьев. Видно было не дальше 10-ти метров. После пересечения трассы дорога шла то с набором, то со сбросом высоты. Во темноте спускаюсь почти не видя дорожного полотна перед собой — свет от налобника тусклый, ориентируюсь по заднему красному маячку Тимура.

Адреналина, конечно, хапнул, ладно хоть дорога не была ухабистой.

Глубокой ночью прибыли на вокзал спящего Бердяуша — конечный пункт нашего похода.

А касса ночью не работает… В последующие два часа проводили взглядом 3 поезда, на которых планировали выброситься из Бердяуша.

Пока покупали ништяки в привокзальном киоске, Тимур пообщался сначала с местными гопниками, спустя время проявившие некое беспечное беспокойство по поводу появления «мусоров». Как только блюстители правопорядка подошли к киоску, Тимур перекинулся словами и с ними.

Провели ночь на пенках, не на мякгой земле, но на холодном полу вестибюля. Тишина.

В 8 утра прибыл поезд Астана — Москва, полностью укомплектованный нашими тюркскими братьями.

Днем были уже в Уфе.

Эпилог.

Вот так! Вот так поменялось у меня представление о велотуризме. Это когда составляющая велопохода не покатушечные переезды, а суровые переходы по горам, куруму, бурелому… На первый взгляд может показаться, что от похода я не в восторге. Напротив! Первые часы пребывания в цивилизованном мире — я обуреваем радостью и немного гордостью, ведь я сумел одолеть эти сумасшедшие километры. Холодильник, диван, монитор компьютера… Опять все это будет! Но спустя несколько часов вновь пресловутая тоска по ушедшим моментам и желание вновь ринуться в путь, чтобы испытать и очистить себя от невзгод технологического мира, чтобы вновь открыть для себя родные просторы, — туда, где оставил я свое сердце. И бьется оно теперь в такт с сердцем Урала.

График движения по дням:

  1.   г. Сибай — оз. Талкас
  2.   оз. Талкас — пос. Старосубханкулово
  3.   пос. Старосубханкулово — пос. Верх. Авзян
  4.   пос. Верх. Авзян — траверс Бол. Шатак — пос. Улу-Елга
  5.   пос. Улу-Елга — стоянка под Имерелем (~ 950м)
  6.   стоянка под Иремелем — траверс Бол. Иремель — Олимпиев кордон (стоянка у «кипящего» источника)
  7.   Олимпиев кордон — траверс Бол. Нургуш — пос. Бердяуш
Южный Урал 3кс

(с) Асадуллин Тагир, 2013 год.

comments powered by HyperComments

muscka
2013-07-29 22:11:32
Ух ты) В 2011 осенью при подъеме на Нургуш с велом я плакала) А курум в принципе не такой там страшный)
Timmy
2013-07-30 12:20:01
ЕЕЕЕЕЕЕ.... Тагирыч респект тебе и уважуха! Ради таких как ты "новичков" и стоит народ в лес таскать! 100% моральное удовлетворение.